Размер шрифта  
A
A
A
Цвет сайта  
A
A
A
Изображения
Вкл
Выкл
Обычная версия сайта
Муллин Е.А.   Сазонтов В.И.   Любовиков М.К.   Феофилактова П.В.   Нелюбина Л.С.   Чирков В.Н.   Ермаков П.А.   Чернов Н.З.   Койсин Е.П.   Сачкова Н.А.   Макаренко Е.П.   Лопатина И.Н.   Калинин А.И.   Девятов Д.В.   Скрябин И.П.   Галушкин Н.И.   Соболев Н.А.   Калинин Ю.Н.   Грухин Н.Ф.   Бармин П.Д.   Чудиновских Г.И.   Векшин Е.А.   Овчинников Л.М.   Лихачев В.Б.   Медовиков А.Ф.   Царьков В.Г.   Сизов И.Д.   Потапов И.В.   Зверев Б.П.   Терещенко Я.Ф.   Субботина З.А.   Созонтов А.Я.   Перевощиков А.М.   Луппов П.Н.   
Луппов П.Н.

В.Н. Прокашев

 

Историк и краевед Павел Николаевич Луппов

 

Публикация: Кирово-Чепецк православный. Материалы православных краеведческих чтений, посвященных 350-летию Вятской епархии и 140-летию со дня рождения историка Павла Николаевича Луппова. – Кирово-Чепецк, 2007. – с.4-6.

 

         Без знания прошлого нельзя понять настоящее и предугадать будущее. Эта вечная, как мир, истина была отправным пунктом в трудах и устремлениях всех выдающихся российских историографов, к когорте которых мы с полным правом можем отнести Павла Николаевича Луппова.

         Он родился 22 октября (3 ноября) 1867 года в многодетной семье сельского псаломщика Николая Федотовича Луппова. Место рождения – село Усть-Чепца  Вятского уезда (ныне город Кирово-Чепецк). Учился в Вятской семинарии и Казанской духовной академии. Ещё в семинарии начал заниматься собиранием материалов об удмуртском народе, его истории, быте, культуре.

         В 1894 году студент Луппов приступил к составлению первого научного труда по истории удмуртского народа.  В 1898 году диссертация «Христианство у вотяков…» была представлена в Совет Московской духовной академии. На защите, состоявшейся 7 декабря 1899 года, оппонент – выдающийся русский историк Василий Осипович Ключевский сказал, что «магистерская диссертация Луппова представляет собой явление выдающееся по полноте и обстоятельности изучения источников данного вопроса…Редкую книгу мне приходилось  читать  с таким  удовольствием…»

         Доктор церковной истории, прекрасный знаток архивов, Павел Николаевич Луппов пользовался уважением в научном мире. И не случайно в сентябре 1918 года его приглашают на работу в Московское областное архивное управление, вскоре преобразованное в Главное управление архивным делом. В декабре Луппова командировали в Вятскую губернию для осмотра и приведения в порядок местных архивов. 

         В 1919 году Павла Николаевича  утверждают   в   должности   председателя   Вятского губернского архивного комитета.  Во главе архивного дела Луппов стоял в течение пяти с половиной лет. Параллельно с этой работой ему пришлось  выполнять обязанности представителя Российской книжной палаты по Вятской губернии – наблюдать за тем, чтобы типографии Вятки высылали в палату установленное число всех печатающихся местных изданий.

  Всё это время Павел Николаевич углублённо занимался и научно-исследовательской работой по истории Вятской губернии.  За время научной деятельности П.Н.Луппов написал более 250 книг и статей, помещённых в журналах, сборниках научных трудов, газетах. Многие его работы остались неопубликованными, рукописи хранятся в фондах нескольких архивов России. Основная тематика его работ: история Вятского края, вятская политическая ссылка и история удмуртов.

         Высшей аттестационной комиссией Всесоюзного комитета по делам высшей школы и научных учреждений П.Н.Луппову была присвоена учёная степень доктора исторических наук без защиты диссертации. Произошло это в июле 1944 года. ТАСС в своём сообщении об этом событии назвало Павла Николаевича крупнейшим исследователем истории народов, населяющих северные районы нашей страны. 5 мая 1945 года учёному присвоили звание «Заслуженный деятель науки Удмуртской АССР». Умер Павел Николаевич Луппов в Ленинграде 2 февраля 1949 года.

          В 1992 году на его родине, в городе Кирово-Чепецке, на месте, где  когда-то стоял дом Лупповых, установили мемориальную доску.

         Будучи крупным учёным – историком, Павел Николаевич помимо  научной деятельности много времени уделял развитию краеведения. Двадцатые годы прошлого столетия стали «золотым десятилетием» развития советского краеведения. Его признавали тогда «массовым научно-культурным движением». В октябре 1927 года Максим Горький писал: «Краеведение – дело, значение которого не может быть преувеличено. Краеведческая работа «стала работою государственного исторического значения»¹.

          В руководящих органах краеведческих организаций того времени стояли крупнейшие учёные – академики, профессора. Отличительная черта тех лет – тесная взаимосвязь с «большой наукой» - с академическими учреждениями и университетами.

         В 1922 году в Вятке открылся научно-исследовательский институт краеведения. Инициатором его создания и первым директором стал профессор Н.М. Каринский. При институте работало несколько отделов. Заведующим отделом истории местного края и его единственным сотрудником все годы существования учреждения (1922-1941)  был Павел Николаевич Луппов. 

         В отзыве о работе старшего научного сотрудника Луппова администрация института отмечала следующее: «Характерные черты П.Н.Луппова в его научно-исследовательской работе – стремление к научной точности, кропотливое собирание большого фактического материала, прежде чем сделать те или иные выводы, научная добросовестность.   Продолжительная и напряжённая работа в архивах и добросовестное изучение громадного количества литературных источников дали возможность П.Н.Луппову сделаться лучшим и авторитетным знатоком дореволюционной истории Кировской области. 

         П.Н.Луппов является организатором краеведческой работы в деле изучения прошлого Кировской области, ведёт большую работу, оказывая помощь местным краеведам-историкам методическими статьями в газетах, консультациями, просмотром работ на исторические темы, участием в различного рода совещаниях»².

         Пристальное внимание Павел Николаевич уделял родной Усть-Чепце. Несколько раз  выезжал в село, выступая перед школьными работниками с беседами по краеведению. Интересной была поездка в январе 1925 года. На встречу с историком пришли не только учителя, но и представители фабричного клуба, товарищества «Чепца-картофель» и местные крестьяне. 

         Спустя год Луппов снова посетил Чепцу, встретился с членами краеведческого кружка. В отчёте об этой поездке записано: «Даны консультационные указания Чепецкому кружку краеведения по вопросу об издании рукописного журнала «Чепецкий край»³.

         И такой журнал действительно существовал. Вот что пишет по этому поводу в своих воспоминаниях Зинаида Андреевна Леонтьева, работавшая в двадцатые годы в Чепецкой школе: «Мы издавали рукописный журнал «Чепецкий край»,  сделали даже небольшой краеведческий музей, который помещался в уголке одной из комнат  школы. Здесь были и старинные монеты, и костюмы, и глиняная посуда, и карта Чепецкого края, сборники старинных песен и новых частушек, преданий и легенд, и исторические данные о первых поселениях по реке Чепце. Когда  я бывала в деревнях по какому-либо общественному делу, я обязательно старалась разыскать древнего старика или старуху, со слов которых записывала песни и легенды. Как радовали меня эти песни и неторопливые рассказы. Несколько позднее записанные мной песни, предания, частушки (в записывании частушек мне очень помогали учащиеся) были напечатаны в сборнике фольклорного материала по Вятской земле. В свой журнал «Чепецкий край»  вписывали мы и события современной нам жизни…»4

         В 1927 году Павел Николаевич был делегирован на III Всероссийскую конференцию по краеведению в качестве делегата с правом решающего голоса. На следующий год он стал членом Центрального бюро краеведения по Вятско-Ветлужскому краю.

         В многообразном спектре деятельности Павла Николаевича на поприще краеведения значительное место отводилось развитию краеведческой работе в школах. Признавая это направление актуальным, Луппов в одном из выступлений говорил: «Для того чтобы краеведческая работа школы сопровождалась надлежащими результатами, необходимо следующее:

1) краеведческая работа должна вестись в школе непрерывно, систематически, а не урывками, не скачками или временными кампаниями

2) для ближайшего и постоянно организационного руководства ею из рядов преподавательского состава школы должно быть выделено особое лицо.

3) организатор  должен обязательно отдавать своё время и силы краеведческой работе, в виду чего следует освобождать его от других видов общественной нагрузки...

4) краеведная5 работа  учащихся учитывается при распределении общественной работы, как один из серьёзных видов общественной работы.

5) организатор краеведной работы при школе входит в тесную связь с районным краеведческим бюро, налаживает связь с редакцией местной районной газеты для помещения в ней краеведных заметок.

6) организатор краеведческой работы в школе не менее одного раза в год делает доклад о ходе этой работы перед собранием школьного коллектива с участием представителей местных организаций, причём на этих собраниях обсуждается и план будущей работы в следующем году».4

         Эти тезисы, произнесённые учёным-краеведом много лет назад,  актуальны и сегодня.

 

Примечания

1.Памятники Отечества. 1989. - № 1, с.14.

2.ГАКО. Ф.1266. Оп.2. Д.74 Л.9.

3.ГАКО. Ф.1266. Оп.2. Д.74. Л.218.

4.Научный архив Кирово-Чепецкого МВЦ

5.Так в тексте документа

Дом Лупповых  в с.Усть-Чепца

к.1920-х гг.

 

П.Н.Луппов - заведующий школьно-статистическим отделом Синодального Училищного совета

 

П.Н.Луппов (1 ряд 3-й слева) с сотрудниками и аспирантами НИИ краеведения

Вятка, 1930 г.

 

Открытие памятной доски П.Н.Луппову в г.Кирово-Чепецке

1993 г.

 

Е.Н.Загайнова

 

 Первые школьные учителя Павла Николаевича Луппова

 

Публикация: Материальная и духовная культура народов Урала и Поволжья: история и современность. Материалы Всероссийской научно-практической конференции с международным участием. – Глазов, 2012.

 

Известно, что с самого рождения человек воспринимает окружающую действительность не на основе собственного опыта, которым он еще фактически не обладает, а под влиянием взрослых, обладающих престижем и компетентностью. К таким взрослым относятся, в первую очередь, родители и, конечно же, школьные учителя.

Школа в селе Усть-Чепца Вятского уезда Вятской губернии, где родился Павел Николаевич Луппов, существовала с 1838 года. Ее появлению предшествовал длительный период домашнего обучения крестьянских детей в домах местных священноцерковнослужителей.1

Когда Павел Луппов подрос, в селе существовали два начальных земских училища – мужское и женское, находящиеся на хорошем счету в уездном училищном совете. Павел Луппов поступил в мужское училище в январе 1873 года, когда ему шёл только шестой год. Тем не менее, мальчик был неплохо подготовлен и уже умел читать. Двумя годами ранее в училище поступил его старший брат Александр,ставший впоследствии прогрессивным земским деятелем, управляющим Вятской  губернской публичной библиотеки, учредившим в ней местный отдел. Первые навыки письма и чтения и Александр и Павел получили  дома, занимаясь под руководством своего отца,  дьячка Рождество - Богородицкой церкви Николая Федотовича  Луппова.

Первыми учителями Павла Николаевича Луппова стал священник Александр Иванович Заворохин и Афанасий Иванович Смирнов. Выпускник Вятской духовной семинарии Александр Иванович Заворохин был рукоположен в сан священника Рождество-Богородицкой церкви в селе Усть-Чепца в 1851 году. С этого же времени начинается и его педагогический стаж. Для успешного преподавания у о.Александра имелись все необходимые данные и, прежде всего, обширные знания. В семинарии Александр Заворохин был одним из лучших учеников, окончив её с аттестатом первого разряда. В свободное время Александр Иванович любил читать разные назидательные книги. Его пыл  и рвение не остались незамеченными. Количество учеников в Усть-Чепецком училище при нёмне только не уменьшилось, но даже возросло.

         Все проверяющие училище лица оставляли, в основном, положительные отзывы о наставнике, особо подчёркивая его усердие.Однако, несмотря на всё своё старание, священнику Заворохину не удалось избежать критики учебного начальства в отношении методов преподавания. Так, в 1859 году способ преподавания о.Александра  был найден «малоудовлетворительным, так как представлял собой то же самое механическое заучивание, что было характерно и для прежних наставников».2

         Следует отметить, что священник Заворохин, как  и все другие наставники до него, преподавал так, как учили их самих.  В то время в российской школе господствовала «зубрёжка» - буквальное заучивание задаваемых уроков, и наставники очень мало пускались в объяснение изучаемого материала. Кто  из учеников имел хорошую память, тот и выигрывал на ней. В середине XIX века, когда на страницах общественных изданий обсуждались проекты школьных реформ, метод механического заучивания был осуждён.        

         К концу 50-х годов священник Заворохин получил ответственные церковные должности – катихизатора и депутата по благочинию. Много времени у священника отнимало исполнение своих прямых обязанностей. К его части прихода относилось свыше двух тысяч прихожан, живших в радиусе девяти вёрст от села. К тому же в семье у него в это время подрастало трое детей. Всё это вместе взятое повлияло на принятие им решения об уходе с должности наставника приходского училища.

         В 1869 году, когда сельские училища перешли в ведение земства, священник Александр Иванович Заворохин вернулся к преподаванию в мужском училище, сначала в качестве помощника учителя, затем законоучителя и наставника. Несмотря на длительный перерыв в педагогической деятельности, он был всё так же «опытен и усерден». В отношениях с детьми его отличала мягкость. Оценивая знания учеников, о.Александр старался избегать излишней строгости. При нём в ведомостях об успехах учеников преобладали пятёрки.

         В середине 70-х годов XIX века, когда положение земских школ упрочилось, Вятское уездное земство взяло курс на привлечение в школы профессионалов. В среде педагогического персонала последовали значительные перемены: было запрещено совмещение должности законоучителя и учителя, ранее повсеместно практиковавшееся.

         В сентябре 1873 года должность наставника в Усть-Чепецком мужском училище занял Афанасий Иванович Смирнов, выпускник Сарапульского духовного училища. Священник  Заворохин, ставший теперь только законоучителем, на первых порах помогал молодому человеку советами, делился опытом. Однако вместе с должностью наставника о.Александр постепенно переложил на него и большую часть ответственности за учебный процесс, появляясь в училище всё реже и реже.

         В декабре 1874 года  член уездного училищного совета отметил в своём отчёте, что законоучитель посещает училище не более двух раз в неделю, тогда как в расписании на преподавание Закона Божия отведено шесть уроков в неделю. В отсутствие законоучителя занятия  проводил Афанасий Смирнов, благодаря чему  программа по этому предмету выполнялась. В отношении самого наставника было замечено, что познания он имеет «довольно достаточные». Обучение чтению вёл по звуковому методу. По арифметике учащиеся владели «весьма удовлетворительными» знаниями. Писали мальчики хорошо. А вот объяснительное чтение требовало от наставника более тщательной подготовки.

         На запрос училищного совета священник Заворохин дал своему молодому коллеге следующую характеристику:  «Наставник мужского училища Афанасий Смирнов ведёт себя очень прилично. Я не заметил за ним никаких предосудительных поступков. На нравственность учеников, по моим наблюдениям, влияет благотворно. Вообще, можно сказать, наставник на должности всегда исправен и по поведению благонравен».3

         Из-за отсутствия у Смирнова достаточного опыта священник Заворохин не переживал, так как надеялся, что «в будущем, при усердии к своему делу, он усвоит для себя лучшую методу преподавания». Но надеждам этим не суждено было сбыться. В 1875 году, провалив экзамен на звание учителя, Афанасий Смирнов покинул село Усть-Чепцу. Сам же священник Заворохин оставался на должности законоучителя в Усть-Чепецком мужском училище до 1895 года. Павел Николаевич Луппов не раз встречался со своим учителем, приезжая в Усть-Чепцу на каникулы. Все больше интересуясь историей родного края, Павел Николаевич однажды попросил у настоятеля разрешения посмотреть архив Рождество-Богородицкой церкви. Полученные данные он позднее использовал в ряде своих работ.

Священник Заворохин, как и любой сельский батюшка, долгое время прослуживший на одном месте, интересовался историей прихода и жизнью своих прихожан. Известно его заметка в Вятском епархиальном вестнике, в которой он подробно описал быт и нравы жителей Чепецкого прихода.4  Благодаря записям священника Заворохина, мы имеем те немногие сведения по истории часовни в д.Северюхинской, расположенной недалеко от села Усть-Чепца, дополнить которые сегодня практически нечем, так как ни самой часовни, ни документов о ней в настоящее время не сохранилось. В свое время о.Александр обнаружил на массивном деревянном кресте, стоящем в часовне, дату «1546», но полностью уверен в ней не был. Об этой часовне ходила молва, что поставлена она на месте захоронения русских воинов, павших в битве то ли с татарами, то ли с кем-тоеще.5

         Политика разделения должностей и привлечение к педагогической работе лиц с образованием не ниже среднего привели в Вятском уезде к тому, что в отдельных мужских училищах, в том числе и Усть-Чепецком, мужчин со свидетельством на звание учителя не хватило. Учебному начальству пришлось пойти на вынужденную меру – пригласить в эти училища выпускниц женских учебных заведений, имеющих право на занятие учительской должности, дело по тем временам небывалое.

         Новость о том, что в школу назначена учительница, взбудоражила всех чепецких мальчишек. Собравшись на сельской площади, они пришли к единодушному мнению, что если та действительно приедет, то на занятия они не пойдут. Однако, когда через несколько дней известие подтвердилось, мало кто смог сдержать любопытство. Павел Николаевич Луппов, которому тогда было почти восемь лет, вспоминал:

         «Пришёл я в школу. Там уже было довольно много мальчиков. Учительница молодая, очень «смирная», как мне показалась, девица, прослушивает чтение каждого пришедшего ученика. «Умеете Вы читать?» - спрашивает она меня. Я не сразу сообразил, что вопрос относится ко мне, на «вы» с нами ещё никто никогда не говорил. «Умею немного»,- ответил я.

         Ласковый тон учительницы совершенно подкупил меня после грозных и часто сердитых окриков прежнего учителя, и я совершенно забыл о нашем решении «не учиться у бабы». Другие «забастовщики», пришедшие, подобно мне, в школу, тоже не вспоминали о своём решении».6   

         Этой учительницей была Евгения Васильевна Кекина. Прослужив в Усть-Чепецком мужском училище всего год, она оставила о себе добрую память. По свидетельству того же П.Н.Луппова, Евгения Васильевна изгнала из обихода окрики и физические наказания вроде становления в угол и у доски на колени. Но, тем не менее, дисциплина в школе была хорошая и держалась она любовью учащихся к учительнице.

 При отсутствии помощника заниматься с большим количеством учеников учительнице было нелегко. Однако она находила время преподавать не только основные предметы – арифметику, письмо, чтение, но ещё по своей инициативе дополнительно давала уроки  географии и знакомила детей с азами французского языка.

         Несмотря на то, что Евгения Васильевна преподавала в училище только год, до своего замужества, она многого сумела добиться: воспитала в своих учениках самоуважение, заложила в них стремление продолжать образование, подняла учебный процесс в училище на качественно новый уровень, установив своеобразную планку для последующих педагогов. Именно при Евгении Васильевне Кекиной в Усть-Чепецком мужском училище состоялись выпускные экзамены по новым правилам. Их важной особенностью являлось получение выдержавшими «испытание» учениками свидетельства об окончании курса начального народного училища с правом на льготу по воинской повинности:  окончившим курс начальной школы срок воинской службы сокращался на два года.

         Учительница представила к экзамену семь человек, в числе которых был и Павел Луппов. Позднее он вспоминал: «Мы все выдержали его. Вскоре были присланы из земской управы свидетельства окончившим, но учительница не приняла их, сказав: «Мои мальчики не этого заслужили». Мы не понимали в чем дело. Учительница потом объяснила нам, что в свидетельствах не было пропечатано, что мы  имеем право на льготу по воинской повинности. Уже в середине учебного года нам прислали настоящие свидетельства».7

         Необходимо заметить, что тогда еще не было распоряжения о том, что лица, не достигшие 11-летнего возраста, не могут получить свидетельства об окончании начального училища. Поэтому Павел Николаевич Луппов получил его в возрасте восьми с половиной лет.

         Свое образование П.Н. Луппов продолжил в Вятском духовном училище. Своих первых учителей он не раз вспоминалс теплотой и сердечностью. Несмотря на рутину официального образования, они смогли приобщить его к науке, подарить радость открытий, сохранить красоту мысли.

Примечания

1 Загайнова Е.Н. Школы села Усть-Чепца в XIX – начале ХХ века. – Киров, Лобань, 2006. – 121 с.

2 ГАКО. Ф.209. Оп.1. Д.69. Л.45.

3 ГАКО. Ф.207. Оп.1. Д.45. Л.17.

4 Вятские губернские ведомости. – 1884. – (№1). – с.5.

5 Загайнова Е.Н. Взаимодействие музеев и церкви в сфере сохранения историко-культурного наследия //Кирово-Чепецк православный. Материалы третьих православных краеведческих чтений. – Кирово-Чепецк, 2011. – с.64.

6 Загайнова Е.Н. На ниве народного просвещения//Московский журнал. История государства российского. – 2002. - №6. – с.24.

7 там же.

 

Ведомость Усть-Чепецкого мужского земского начального училища

1873 г.

 

Павел Луппов (стоит) после зачисления в духовное училище с мамой Марией Васильевной и братом Александром

Вятка, 1877 г.

 

Вятское духовное училище

 


Расписание автобусов на сайте города Кирова
Адрес: Россия, г. Кирово-Чепецк, пр. Мира, д. 3.
Телефон: (83361) 4-41-59, 4-26-45
Муниципальное автономное учреждение культуры
"Музейно-выставочный центр" города Кирово-Чепецка Кировской области