Размер шрифта  
A
A
A
Цвет сайта  
A
A
A
Изображения
Вкл
Выкл
Обычная версия сайта
Промыслы и ремесла Чепецкой волости   Кирово-Чепецкий комсомол 1918 - 2018   Память войны   Персоналии   Чепецкие истории   Прогулки по г.Кирово-Чепецку   История Кирово-Чепецкого района   Опыт музейной работы   История города   История Вятского уезда   
История города

В.Н. Прокашев

директор МВЦ

 

Историк и краевед Павел Николаевич Луппов

 

Публикация: Кирово-Чепецк православный. Материалы православных краеведческих чтений, посвященных 350-летию Вятской епархии и 140-летию со дня рождения историка Павла Николаевича Луппова. – Кирово-Чепецк, 2007. – с.4-6.

 

         Без знания прошлого нельзя понять настоящее и предугадать будущее. Эта вечная, как мир, истина была отправным пунктом в трудах и устремлениях всех выдающихся российских историографов, к когорте которых мы с полным правом можем отнести Павла Николаевича Луппова.

         Он родился 22 октября (3 ноября) 1867 года в многодетной семье сельского псаломщика Николая Федотовича Луппова. Место рождения – село Усть-Чепца  Вятского уезда (ныне город Кирово-Чепецк). Учился в Вятской семинарии и Казанской духовной академии. Ещё в семинарии начал заниматься собиранием материалов об удмуртском народе, его истории, быте, культуре.

         В 1894 году студент Луппов приступил к составлению первого научного труда по истории удмуртского народа.  В 1898 году диссертация «Христианство у вотяков…» была представлена в Совет Московской духовной академии. На защите, состоявшейся 7 декабря 1899 года, оппонент – выдающийся русский историк Василий Осипович Ключевский сказал, что «магистерская диссертация Луппова представляет собой явление выдающееся по полноте и обстоятельности изучения источников данного вопроса…Редкую книгу мне приходилось  читать  с таким  удовольствием…»

         Доктор церковной истории, прекрасный знаток архивов, Павел Николаевич Луппов пользовался уважением в научном мире. И не случайно в сентябре 1918 года его приглашают на работу в Московское областное архивное управление, вскоре преобразованное в Главное управление архивным делом. В декабре Луппова командировали в Вятскую губернию для осмотра и приведения в порядок местных архивов.  

         В 1919 году Павла Николаевича  утверждают   в   должности   председателя   Вятского губернского архивного комитета.  Во главе архивного дела Луппов стоял в течение пяти с половиной лет. Параллельно с этой работой ему пришлось  выполнять обязанности представителя Российской книжной палаты по Вятской губернии – наблюдать за тем, чтобы типографии Вятки высылали в палату установленное число всех печатающихся местных изданий.

 Всё это время Павел Николаевич углублённо занимался и научно-исследовательской работой по истории Вятской губернии.  За время научной деятельности П.Н.Луппов написал более 250 книг и статей, помещённых в журналах, сборниках научных трудов, газетах. Многие его работы остались неопубликованными, рукописи хранятся в фондах нескольких архивов России. Основная тематика его работ: история Вятского края, вятская политическая ссылка и история удмуртов.

         Высшей аттестационной комиссией Всесоюзного комитета по делам высшей школы и научных учреждений П.Н.Луппову была присвоена учёная степень доктора исторических наук без защиты диссертации. Произошло это в июле 1944 года. ТАСС в своём сообщении об этом событии назвало Павла Николаевича крупнейшим исследователем истории народов, населяющих северные районы нашей страны. 5 мая 1945 года учёному присвоили звание «Заслуженный деятель науки Удмуртской АССР». Умер Павел Николаевич Луппов в Ленинграде 2 февраля 1949 года.

          В 1992 году на его родине, в городе Кирово-Чепецке, на месте, где  когда-то стоял дом Лупповых, установили мемориальную доску.

         Будучи крупным учёным – историком, Павел Николаевич помимо  научной деятельности много времени уделял развитию краеведения. Двадцатые годы прошлого столетия стали «золотым десятилетием» развития советского краеведения. Его признавали тогда «массовым научно-культурным движением». В октябре 1927 года Максим Горький писал: «Краеведение – дело, значение которого не может быть преувеличено. Краеведческая работа «стала работою государственного исторического значения»¹.

          В руководящих органах краеведческих организаций того времени стояли крупнейшие учёные – академики, профессора. Отличительная черта тех лет – тесная взаимосвязь с «большой наукой» - с академическими учреждениями и университетами.

         В 1922 году в Вятке открылся научно-исследовательский институт краеведения. Инициатором его создания и первым директором стал профессор Н.М. Каринский. При институте работало несколько отделов. Заведующим отделом истории местного края и его единственным сотрудником все годы существования учреждения (1922-1941)  был Павел Николаевич Луппов.  

         В отзыве о работе старшего научного сотрудника Луппова администрация института отмечала следующее: «Характерные черты П.Н.Луппова в его научно-исследовательской работе – стремление к научной точности, кропотливое собирание большого фактического материала, прежде чем сделать те или иные выводы, научная добросовестность. Продолжительная и напряжённая работа в архивах и добросовестное изучение громадного количества литературных источников дали возможность П.Н.Луппову сделаться лучшим и авторитетным знатоком дореволюционной истории Кировской области.  

         П.Н.Луппов является организатором краеведческой работы в деле изучения прошлого Кировской области, ведёт большую работу, оказывая помощь местным краеведам-историкам методическими статьями в газетах, консультациями, просмотром работ на исторические темы, участием в различного рода совещаниях»².

         Пристальное внимание Павел Николаевич уделял родной Усть-Чепце. Несколько раз  выезжал в село, выступая перед школьными работниками с беседами по краеведению. Интересной была поездка в январе 1925 года. На встречу с историком пришли не только учителя, но и представители фабричного клуба, товарищества «Чепца-картофель» и местные крестьяне.  

         Спустя год Луппов снова посетил Чепцу, встретился с членами краеведческого кружка. В отчёте об этой поездке записано: «Даны консультационные указания Чепецкому кружку краеведения по вопросу об издании рукописного журнала «Чепецкий край»³. 

         И такой журнал действительно существовал. Вот что пишет по этому поводу в своих воспоминаниях Зинаида Андреевна Леонтьева, работавшая в двадцатые годы в Чепецкой школе: «Мы издавали рукописный журнал «Чепецкий край»,  сделали даже небольшой краеведческий музей, который помещался в уголке одной из комнат  школы. Здесь были и старинные монеты, и костюмы, и глиняная посуда, и карта Чепецкого края, сборники старинных песен и новых частушек, преданий и легенд, и исторические данные о первых поселениях по реке Чепце. Когда  я бывала в деревнях по какому-либо общественному делу, я обязательно старалась разыскать древнего старика или старуху, со слов которых записывала песни и легенды. Как радовали меня эти песни и неторопливые рассказы. Несколько позднее записанные мной песни, предания, частушки (в записывании частушек мне очень помогали учащиеся) были напечатаны в сборнике фольклорного материала по Вятской земле. В свой журнал «Чепецкий край»  вписывали мы и события современной нам жизни…»4

         В 1927 году Павел Николаевич был делегирован на III Всероссийскую конференцию по краеведению в качестве делегата с правом решающего голоса. На следующий год он стал членом Центрального бюро краеведения по Вятско-Ветлужскому краю.

         В многообразном спектре деятельности Павла Николаевича на поприще краеведения значительное место отводилось развитию краеведческой работе в школах. Признавая это направление актуальным, Луппов в одном из выступлений говорил: «Для того чтобы краеведческая работа школы сопровождалась надлежащими результатами, необходимо следующее:

1) краеведческая работа должна вестись в школе непрерывно, систематически, а не урывками, не скачками или временными кампаниями

2) для ближайшего и постоянно организационного руководства ею из рядов преподавательского состава школы должно быть выделено особое лицо.

3) организатор  должен обязательно отдавать своё время и силы краеведческой работе, в виду чего следует освобождать его от других видов общественной нагрузки...

4) краеведная5 работа  учащихся учитывается при распределении общественной работы, как один из серьёзных видов общественной работы.

5) организатор краеведной работы при школе входит в тесную связь с районным краеведческим бюро, налаживает связь с редакцией местной районной газеты для помещения в ней краеведных заметок.

6) организатор краеведческой работы в школе не менее одного раза в год делает доклад о ходе этой работы перед собранием школьного коллектива с участием представителей местных организаций, причём на этих собраниях обсуждается и план будущей работы в следующем году».4 

         Эти тезисы, произнесённые учёным-краеведом много лет назад,  актуальны и сегодня.

 

 

Примечания

1.Памятники Отечества. 1989. - № 1, с.14.

2.ГАКО. Ф.1266. Оп.2. Д.74 Л.9.

3.ГАКО. Ф.1266. Оп.2. Д.74. Л.218.

4.Научный архив Кирово-Чепецкого МВЦ

5.Так в тексте документа

 

¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥

 

 

Загайнова Е.Н.

главный хранитель фондов

 

Школа фабрично-заводского ученичества

 при спичечной фабрике «Чепца» (1923 – 1925 гг.)

 

Публикация: Кирово-Чепецк: история и современность. Материалы научно-практической конференции. – Кирово-Чепецк, 2005.

 

В 1922 г. X Всероссийский съезд Советов признал, что «дальнейшее отступление по фронту просвещения должно быть приостановлено» и одобрил программу народного образования, намеченную Всероссийским Центральным Исполнительным Комитетом и Народным комиссариатом просвещения.

         Одним из пунктов этой программы являлась государственная поддержка профессионально-технической школы и, прежде всего, школ ФЗУ, являющихся «единственной массовой школой, обслуживающей занятую в производстве рабочую молодежь». Съезд подчеркнул особое значение этих школ для подготовки здоровых, культурных и политически активных резервов рабочего класса.1

         Выполняя установку на развитие профессионального образования, Вятский спичечный трест совместно с Губотделом Союза химиков 10 декабря 1923 г. учредил при спичечной фабрике в селе Чепца школу фабрично-заводского ученичества для обучения подростков со всех фабрик спичтреста.2 Вместе с двумя открытыми ранее школами на фабрике «Красный курсант» и на лесозаводе № 1 чепецкая школа ФЗУ должна была готовить административно-хозяйственный и технический персонал для спичечной отрасли Вятской губернии. Курс обучения в ней был рассчитан на три года.3

         В  школе ФЗУ обучались молодые рабочие в возрасте от 16 до 18 лет. Командированные с других спичечных фабрик обеспечивались общежитием и общественной столовой с вычетом за питание из их жалованья. С 6 до 10 часов утра учащиеся школы ФЗУ работали на фабрике, с 14.00 до 18.00 часов занимались в школе. Оплата учащихся за работу на фабрике производилась по 3 разряду и не превышала 16 рублей в месяц.

         Вновь созданная школа расположилась в здании местной школы II ступени, благодаря чему была довольно хорошо оборудована.4 Занятия в ней проводили учителя школы II ступени Попов Андрей Алексеевич, Леонтьева Зинаида Андреевна, Веселицкая Александра Вячеславовна, Алфимова Надежда Петровна и Яковлев С., преподававшие общеобразовательные и специальные дисциплины вроде графической грамотности.

  Политграмотой с учащимися занимался сам директор спичечной фабрики Михаил Константинович Любовиков. Для этого ежедневно отводилось не менее двух часов. Выступления директора фабрики производили большое впечатление на молодых рабочих. Так, уроженец села Усть-Чепца М.Д. Шумилов вспоминал: «Михаил Константинович был внимателен к фабричной комсомольской ячейке, часто бывал на комсомольских собраниях, внимательно слушал выступления и рассказывал о себе как о революционере подполья».5

         В первый учебный год в школу ФЗУ поступило 15 человек, но уже через месяц один ученик бросил ее и уехал обратно в г. Слободской.

         Главной трудностью в занятиях для учителей являлась различная подготовка их учеников. Так, один человек из первого набора окончил 2 группы в школе II ступени, а другой только 3 месяца учился в школе I ступени. Однако учителя со своей стороны сделали все возможное, чтобы выполнить программу курса, несмотря на позднее начало первого учебного года.

         30 мая 1924 года на совете школы было решено перевести во 2-ю группу следующих учащихся:  Бурова Николая, Долгих Михаила, Желвакова Анатолия, Житлухина Василия, Житлухина Михаила, Колошницына Василия, Караваева Ивана, Шумилова Ивана, Кузницына Михаила, Никитина Николая, Яковлева Ростислава. И только Сластников Дмитрий не смог справиться с программой, и по решению совета школы был признан «совершенно не пригодным для школьного фабзавуча».6

         На 1924-1925 учебный год в 1-ю группу вновь поступило 12 человек. Общая численность учащихся составила 26 человек. Всего же на спичфабрике работало 45 человек в возрасте до 18 лет. Таким образом, школой ФЗУ было охвачено менее половины молодых рабочих.

         Преподавательский состав, оставшийся прежним, серьезно подошел к работе в новом учебном году. На двухдневной конференции были подробно разобраны материалы губернской методической конференции по профессионально-техническому образованию. Было решено изменить существовавший план занятий, ввести метод нарядов и строгий учет ученических работ. Все это привело к улучшению учебной деятельности.

         С целью повлиять и на внеурочную деятельность учащихся ФЗУ, учителя сделали попытку организовать в школе кружки, но у них ничего не получилось. И дело было не только в загруженности учащихся. У большинства молодых рабочих отсутствовал интерес к культурному отдыху.

         При спичечной фабрике имелся рабочий клуб имени В.И.Ленина. При нем действовали библиотека-читальня, кружки: политический, драматический, музыкально-хоровой, краеведческий, художественный, спортивный и другие. Но более-менее активно их посещали лишь члены РКСМ. Как написал в своем сочинении ученик фабзавуча Иван Караваев, «рабочая молодежь клубом интересуется еще не очень, предпочитая его вечеринкам, на которых бывают танцы и игры».7

         В середине 1924-1925 учебного года совет школы ФЗУ был немало встревожен участившимися фактами пьянства среди учащихся II-й группы. На заседании совета 8 февраля 1925 года заведующий учебно-воспитательной частью А.А. Попов известил собравшихся об избиении учащихся Бахметьева и Бабинцева, сообщивших ему о поведении пьяных товарищей. Теперь эти ученики, опасаясь мести, просили совет уволить их из школы. Представители ученического коллектива, приглашенные на заседание совета, объявили, что Бахметьев и Бабинцев преувеличивают, «их просто «накрыли темной» (т.е. закрыли одеялом и набили), что всегда делается по отношению к провинившимся товарищам».

         Совет принял решение:

1)предупредить учащихся, что за пьянство будут исключать из школы;

2)на коллективе  учащихся обсудить вопрос о поведении учащихся, чтобы раз и навсегда изжить пьянство, «темную» и т.п.;

3)произвести перевыборы ученического комитета;

4)Бабинцева и Бахметьева из школы не увольнять, а перевести их в другое общежитие.8

         На втором году действия школы обнаружились серьезные недостатки и в организации производственной практики учащихся. При обследовании спичечной фабрики «Чепца» техник-инспектор Вятского ГСНХ А.И.Надеждин выявил, что наблюдение за обучением подростков на фабрике не ведется. Из-за беглого знакомства с производством они не приобретали практических навыков.9

         Руководству спичечной фабрики пришлось согласиться с тем, что производительность труда подростков чрезвычайно мала, имеют место прогулы. По данным табельщика, выработка в среднем на одного подростка в выборном цехе составляла от 50 до 70 пачек в день, что соответствовало оплате 20 копеек.10

         Новый директор спичечной фабрики Кузнецов считал, что при такой постановке дела обучения подростков производству спичечная промышленность с одной стороны  не получит квалифицированных рабочих, а с другой наносится вред производству. Так, например, выяснилось, что «надевальщики бумаги в бумагорезательном отделении неправильно надевали бумагу, из-за чего у этикетки с петухом голова петуха оказалась отрезанной». Все испорченные этикетки пришлось отправить в брак.

         Причину сложившегося положения Кузнецов видел в том, что обучение подростков на фабрике до сих пор не согласовывалось с руководством фабрики, а всецело было в руках ячейки молодежи.

         Для исправления положения было предложено добиться на заседании комиссии Губпрофобра участия администрации фабрики в составлении плана обучения подростков производству, введения в цехах должностей смотрителей и мастеров. Укрепление дисциплины, прежде всего, привело бы к устранению отмечавшегося ранее недоброжелательного отношения рабочих к учащимся ФЗУ.11

         Отдельные учащиеся ФЗУ и сами понимали, что в их интересах проходить производственную практику как следует. Повзрослев, они хотели стать «спецами». Такие учащиеся  интересовались у старых рабочих историей фабрики, изучали процесс производства, пути реализации готовой продукции.

         По заданию учителя ученик Василий Колошницын написал очень подробную работу о сырье, употреблявшемся при производстве парафиновых спичек.12 Налицо было стремление узнать все подробности технологического процесса. Но технология изготовления зажигательной смеси была известна только старому химику, державшему ее в секрете. Когда в 1924 году химик умер, фабрика оказалась на грани закрытия.

Спустя полвека В.П. Колошницын вспоминал о том времени следующим образом: «С большим трудом мы уговорили вдову химика – 66-летнюю женщину поработать на фабрике. Она согласилась, расшифровала записи мужа, но держала их в секрете. Но мы, пытливая молодежь, комсомолия, одолели трудности, выявили секреты химии».13

Однако ни Василию Колошницыну, ни кому-либо другому не удалось окончить полный курс школы ФЗУ. Летом 1925 года на совещании при управляющем Вятским спичечным трестом фабрику «Чепца» было решено перевести на консервацию.14 Школа ФЗУ закрылась, просуществовав два учебных года. Командированные для обучения в ней молодые рабочие были распределены по спичечным фабрикам городов Вятки и Слободского.

Примечания:

1.Народное образование в СССР. Сборник документов 1917-1973 гг. – Москва «Педагогика» 1974. – с.23

 

 

 

 

 

 

 

 

 


 

2.Государственный архив Кировской области (далее ГАКО) Ф.Р-1137.Оп.1. Д.1303. Л.1.

3.ГАКО. Ф.826. Оп.1. Д.25. Л.389.

4.Школа II ступени заняла здание, в котором до 1917 г. располагалась церковно-приходская школа. Здание сохранилось до настоящего времени.

5.Первый советский директор // Кировец, 1969. – 12 июля (№97)

6.ГАКО. Ф.Р-1137. Оп.1. Д.1303. Л.36.

7.там же, л.19.

8.ГАКО. Ф.Р-1137. Оп.1. Д.1540. Л.9 а.

9.там же, л.14.

10.В выборном цехе занимались раскладыванием спичек по коробкам.

11.ГАКО. Ф.Р-1137. Оп.1. Д.1540. Л.12.

12.ГАКО. Ф.Р-1137. Оп.1. Д.1303. Л.15.

13.Скрябин, И.П. Так это было //Кировец, 1977. – 5 декабря

14.ГАКО. Ф.826. Оп.1. Д.35. Л.6.

¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥¥

.

Расписание автобусов на сайте города Кирова
Адрес: Россия, г. Кирово-Чепецк, пр. Мира, д. 3.
Телефон: (83361) 4-41-59, 4-26-45
Муниципальное автономное учреждение культуры
"Музейно-выставочный центр" города Кирово-Чепецка Кировской области